Коротко
Алан Уоттс разбирает два господствующих мифа западной цивилизации — керамическую модель (мир как горшок, вылепленный Богом-ремесленником из Книги Бытия) и полностью автоматическую модель (мир как слепой механизм без создателя, наследие науки XVIII века) — и показывает, что оба ложны и психологически разрушительны. Современная физика не находит «вещества»: материя сводится к паттернам, к танцу без танцора, а сам мир не «сделан», а «вырастает» изнутри. Человек не приходит в мир, а вырастает из него так же, как яблоко из яблони: вселенная «people-ит» (peoples) ровно так же, как яблоня «apple-ит». Иллюзия, что «я» заперт в мешке кожи и противостоит чужой реальности, — социальный гипноз, корень страха смерти, экологической войны с природой и культа агрессии (ракета и бульдозер). Единственная пригодная для жизни картина: ты и есть тот самый Большой взрыв, продолжающийся в этой форме прямо сейчас.
Главный тезис
Ты не вещь, заброшенная в чужую вселенную, — ты сама вселенная, проявляющаяся в виде тебя; кожа не отделяет, а связывает, и пока человек этого не почувствует, культура будет двигаться к коллективному самоубийству.
Ключевые идеи
- Миф — это не «ложь», а образ, через который культура осмысливает мир; мы живём под властью двух таких образов, и оба устарели.
- Керамическая модель: мир — артефакт, Бог-гончар лепит Адама из глины, материя пассивна и тупа, ей нужен внешний разум и внешняя энергия — отсюда вся монархическая теология иудаизма, христианства и ислама.
- Архитектура религии копирует политику: католический храм воспроизводит тронный зал византийского двора, протестантская церковь — судебный зал с судьёй в чёрной мантии; ритуал поклонения возник из страха тирана перед подданными.
- Китайская и индуистская культуры спрашивают не «как меня сделали», а «как я вырос» — фундаментально иная метафора: рост идёт изнутри наружу и происходит сразу везде, а изготовление — снаружи внутрь по частям.
- Полностью автоматическая модель XVIII века выкинула Законодателя, но оставила закон: вселенная как механизм Ньютона, где атомы — бильярдные шары, человек — фрейдовское либидо и слепая энергия Геккеля и Хаксли, а разум — статистический флук вроде обезьян за пишущими машинками.
- Современная физика убила понятие «вещества»: при любом увеличении видны только паттерны, никакой «глины» под ними нет — мир есть самодвижущийся танец, а не оформленная материя.
- Из автоматической модели вырастает война с природой: «покорение космоса», «покорение Эвереста», культ ракеты и бульдозера как компенсация сексуальной несостоятельности WASP-маскулинности.
- Никаких «вещей» в природе нет: «вещь» — это существительное, часть речи, а не часть мира; мир «wiggly» (волнистый, извилистый), а сетка для измерения и контроля — изобретение человека.
- Описать поведение человека без описания пола, комнаты, собеседника невозможно — значит, организм и среда суть одна система поведения: «я» и «ты» определяют друг друга.
- Кожа — не граница, а мост; человек относится к Земле как водоворот к реке: форма устойчива, но через неё течёт весь космос (пища, излучение, воздух).
- Если был Большой взрыв, то ты — не его поздний обломок на периферии, а сам этот взрыв, продолжающийся именно в этой форме именно сейчас.
- Современный человек не верит даже тому, во что декларативно верит: реальная общая вера — «родился в роддоме, сгорел в крематории», и потому всем плохо.
- Философия раскалывается на «колючек» (prickles) и «слизи» (goo) — логических позитивистов и идеалистов, частицы и волны, — но это ложная дихотомия: жизнь есть «gooey prickles and prickly goo».
- Любая теория мира должна быть worth betting on: если мифология делает игру невыносимой, рациональный выход — суицид; значит, плохая мифология сама себя опровергает.
- Отчуждение от вселенной ведёт не к индивидуальной, а к коллективной гибели через водородную бомбу — и тогда эксперимент жизни продолжится в другой галактике.
Почему это важно
Уоттс читает лекцию в Америке 1960-х — пик холодной войны, гонки вооружений, экспансии в космос и экологической слепоты, — и его диагноз направлен в нерв позднемодерной цивилизации: западный человек одновременно потерял Бога и не обрёл себя, унаследовав от монотеизма онтологию «сделанности», а от Просвещения — её обездушенную копию. Выигрывают от такой картины мира колонизаторы, академические «жёсткие» интеллектуалы и милитаризованное государство, которым удобно описывать мир как тупую материю, подлежащую переработке. Проигрывают — все остальные: природа, незападные народы (определяемые как «не-люди»), и сам субъект, заточённый в страхе смерти. Уоттс встраивается в линию между восточной философией (даосизм, веданта), процессуальной метафизикой Уайтхеда и зарождающейся системной экологией, предлагая дзенско-холистическую альтернативу как условие выживания вида.
Цитаты
«I'm going to talk about what there is.» Я буду говорить о том, что есть.
«A myth is an image in terms of which we try to make sense of the world.» Миф — это образ, с помощью которого мы пытаемся осмыслить мир.
«Stuff is a word for the world as it looks when our eyes are out of focus, fuzzy.» «Вещество» — это слово для мира, каким он выглядит, когда наши глаза расфокусированы, размыты.
«The tree which grows apples is a tree which apples, using apple as a verb. And a world in which human beings arrive is a world that peoples.» Дерево, на котором растут яблоки, — это дерево, которое «яблочит», если использовать «яблоко» как глагол. А мир, в котором появляются люди, — это мир, который «людит».
«I came into this world. You didn't, you came out of it.» «Я пришёл в этот мир». Нет, ты не пришёл — ты вышел из него.
«You are still the process. You are the Big Bang, the original force of the universe coming on as whoever you are.» Ты по-прежнему этот процесс. Ты и есть Большой взрыв — изначальная сила вселенной, проявляющаяся как ты сам.
«A thing is a noun. A noun isn't a part of nature, it's part of speech.» Вещь — это существительное. А существительное — не часть природы, а часть речи.
«Your skin doesn't separate you from the world, it's a bridge through which the external world flows into you and you flow into it.» Твоя кожа не отделяет тебя от мира — это мост, через который внешний мир втекает в тебя, а ты — в него.
«If I am I because you are you and you are you because I am I, then I am not I and you are not you.» Если я — это я, потому что ты — это ты, и ты — это ты, потому что я — это я, то я не я, а ты не ты.
«We're going to commit suicide, collectively, courtesy of H-bombs.» Мы покончим с собой — коллективно, благодаря водородным бомбам.
Факты
- Лекция опирается на Книгу Бытия как общий источник иудаизма, ислама и христианства и на образ Иисуса как сына плотника и одновременно Сына Божьего.
- Цитируется Book of Common Prayer: «King of kings, Lord of lords, the only ruler of princes, who dost from thy throne behold all dwellers upon earth».
- Логос во второй ипостаси Троицы у христиан воплощён в Иисусе Христе как совершенный носитель божественного закона.
- Слово «базилика» возводится к греческому basileus — «царь»; ритуал католической церкви Уоттс выводит из придворного церемониала Византии.
- Протестантская церковь архитектурно копирует американский судебный зал: кафедра, скамьи как ложи присяжных, чёрная мантия пастора = мантия судьи.
- Упомянуты конкретные носители «слепой энергии» как метафизики: Эрнст Геккель, Т. Г. Хаксли, Зигмунд Фрейд с его либидо.
- Образ тысячи обезьян за тысячью пишущих машинок, которые за миллион лет напечатают Британнику, — стандартная иллюстрация случайности у материалистов XIX–XX вв.
- В астрономии приведены две конкурирующие теории: explosion theory (Большой взрыв) и steady state theory (стационарная Вселенная с постоянным образованием галактик из свободного водорода).
- Цитируется Альбер Камю: единственный серьёзный философский вопрос — стоит ли совершать самоубийство.
- Упомянут Father Maskell с формулой: человек — это «something that happens between the maternity ward and the crematorium».
- Лимерик о трамвае («I'm not even a bus, I'm a tram») используется как иллюстрация детерминизма.
- Названы Свидетели Иеговы как пример фундаменталистов, чья практика, по Уоттсу, не соответствует декларируемой вере.
- Используется торговый знак Ballantyne Beer (три сцеплённых кольца) как одновременно символ Святой Троицы и иллюстрация взаимозависимости.
- Образцовая метафора устойчивости формы при текучести содержания — водоворот в потоке: форма постоянна, вода в ней не задерживается.
- Уоттс ссылается на анонимного раввина с формулой «If I am I because you are you…» (классическая хасидская присказка, обычно приписываемая рабби Менделю из Коцка).
Итог
Ты не пассажир в чужой машине и не глиняная фигурка в руках Бога — ты сама вселенная, временно принявшая форму человека, и пока культура отказывается это чувствовать, она будет торопиться к самоуничтожению.