«Катастрофа для экономики»: у России два выхода? | Олег Вьюгин про атаки на НПЗ и новый кризис

Коротко

Олег Вьюгин отказывается называть происходящее в российской экономике кризисом: рычаги у правительства есть, их просто не применяют по политическим причинам, поэтому это «плохо управляемая ситуация», а рецессия при росте 0,4% почти неизбежна. Истинная причина всего: СВО и «структурный манёвр», перекачка накопленных резервов (ФНБ, спецдивиденд Газпрома, нефтяная выручка 2022-го) в оборонку, а расплачиваются за это теперь гражданский сектор и малый бизнес, угодившие в идеальный шторм из падения спроса, роста налогов и дорогих денег. Бюджет-2026 строили на заморозке расходов ради снижения ставки, но Минфин уже в первые месяцы потратил сверх плана на оборону, и развилка сузилась до двух крайностей: пройти через управляемый спад ради роста или жить в вялой инфляции без роста, зато без эффекта домино. Рубль держится на 70 не потому, что им управляют, а потому что бюджетное правило не работает и факторов ослабления почти нет; после Ближнего Востока Вьюгин ждёт умеренного ослабления к 80. Заморозка вкладов, по его логике, экономически бессмысленна и политически самоубийственна, а главный вопрос не в цифрах кризиса, а в том, ответит ли элита, где место России рядом с технологическим Китаем и Западом.

Главный тезис

В России политика имеет абсолютный примат над экономикой, поэтому это не кризис, а сознательно недоуправляемая ситуация: рычаги есть, но их не применяют, и цену за политические решения платят граждане.

Ключевые идеи

• 1:11 - кризис это когда рычагов не хватает; здесь они есть, но не применяются, значит это плохо управляемая ситуация, а не кризис.
• 2:10 - главная проблема экономики это абсолютный примат политики: невозможно настроить экономику, когда политические решения игнорируют её проблемы.
• 3:44 - корень всего - структурный манёвр ЦБ: перекачка накопленных и текущих ресурсов в оборонную продукцию, ставка - лишь горькая пилюля против инфляции.
• 5:20 - рост военных расходов без урезания социалки оплачен резервами: 70 млрд из ФНБ, триллион спецдивиденда Газпрома, нефтяная выручка 2022-го, но это монетизировалось и дало инфляцию.
• 9:05 - малый и средний бизнес в идеальном шторме: впервые упал спрос, одновременно подняли налоги, а деньги стоят 30% с лишним.
• 11:49 - то, что видно на улицах (пустые помещения, сжатые покупки), это проблема спроса: в номинале оборот растёт 3-4%, в реальном выражении падает.
• 12:56 - здоровый сценарий - пройти через яму: всё раздутое сокращается, бюджет балансируется, и с этого старта возможен рост.
• 14:39 - план сорвался, потому что Минфин не стал его исполнять: огромные траты в первые месяцы, дефицит с монетарным финансированием через золото и ОФЗ.
• 18:12 - при дефиците труда компании держат людей через теневую безработицу (неоплачиваемые отпуска), потому что потом нанимать вдвое дороже.
• 20:26 - угроза - спиралевидная рецессия (vicious circle): увольнения режут доход, доход режет спрос, спрос режет производство; Великая депрессия так и родилась.
• 23:16 - при росте зарплат 3-4% и инфляции 5-6% реальные доходы падают, а видимость роста раньше давали высокие ставки по вкладам.
• 25:24 - крепкий рубль не удешевил импорт из-за монополизма логистики: доллар упал с 90 до 70, а цены нет, потому что нет конкуренции и санкции убили параллельный импорт.
• 29:58 - рублём почти нельзя управлять: единственный рычаг - бюджетное правило, а оно с начала СВО то вводится, то отменяется, поэтому курс рыночный.
• 46:32 - из замкнутого круга два выхода-крайности: реальное сокращение расходов через спад ради снижения ставки, или «ни рыба ни мясо» с сохранением инфляции как налога.
• 0:25 - экономика может долго выдерживать спад: у Украины ВВП упал на 20%, и жизнь продолжается, вопрос экономики важен скорее для элиты, чем для выживания людей.

Почему это важно

Разговор о том, кто платит за войну и как долго это можно тянуть без обвала. Вьюгин, бывший глава ФСФР и первый зампред ЦБ, раскладывает механику: государство сознательно жертвует экономикой ради политики, а издержки распределены на граждан через инфляцию, падение реальных доходов и теневую безработицу. Проигрывают малый бизнес, гражданский сектор, вкладчики и наёмные работники оборонки; выигрывают крупные экспортёры и госбанки, снимающие сверхмаржу с высокой ставки. Ключевые игроки в кадре: Минфин (срывает собственный план ради оборонных трат), ЦБ (держит ставку как единственный тормоз инфляции), девелоперы (прячут снижение цен в скидках), а на горизонте Китай и Запад как две технологические силы, рядом с которыми России ещё предстоит определить своё место.

Идеи

• Термин «структурный манёвр» ЦБ тихо вывел из оборота, но суть осталась: перераспределение ресурсов в оборонку.
• Спецдивиденд Газпрома в триллион рублей в 2022-м был огромной суммой при бюджете 20-30 трлн, сейчас это уже не кажется большим.
• Нефтяная выручка 2022-го была около 300 млрд долларов - «это было что-то».
• Использование ФНБ без «зеркалирования» это прямой инфляционный удар по экономике.
• Двузначный рост бюджетных доходов в 2023-2024 из-за инфляции создал иллюзию, что можно наращивать расходы.
• Повышение налогов для малого бизнеса - это НДС плюс изменение потолка, после которого НДС вообще надо платить.
• Модель малого промышленного бизнеса завязана на кредит: взял, выполнил заказ, погасил - при ставке 30%+ это убийственно.
• Малый бизнес держится на конкретном человеке, поэтому он гибкий и как-то приспособится, но приспосабливаться всё тяжелее.
• Зампред ЦБ Заботкин публично удивлялся, что предприятия не увольняют людей так активно, как ожидалось.
• Увольнения властям нужны как фактор стабилизации: так работает механизм повышенной ставки при прохождении «ямы».
• В кризис 2008-го и ковид монетарные власти научились наоборот смягчать политику; в России сейчас особая ситуация - не смягчают.
• Реальные доходы населения раздувались доходами по вкладам, которые «в казиночку складывались».
• Крепкий рубль выгоден гражданам с зарубежными тратами, слабый - экспортёрам, получающим больше рублей.
• Прямые поставки из Вьетнама по идее должны дешеветь: простая логистика, нет санкций с их стороны.
• Китай может демпинговать за счёт гигантского внутреннего рынка: больше объём - меньше постоянные издержки на единицу.
• Утильсбор, маркировка, импортные пошлины 30-50% на мебель - законы, которые постоянно удорожают конечный продукт, хоть инфляция и не самоцель.
• После разрешения конфликта на Ближнем Востоке цена нефти упадёт, экспортная выручка сократится - фактор ослабления рубля.
• США временно сняли санкции на танкеры с нефтью «уже на воде», но обещают, что это временно.
• Декабрьские санкции на Роснефть и Лукойл дали резкий провал экспортной выручки.
• Минфин покупает валюту на 110 млрд в месяц, и это никак не влияет на рынок - бюджетное правило по сути мертво.
• В 2000-е стабфонд искусственно ослаблял рубль; без него был бы 25-30 за доллар, сейчас от этой политики ушли.
• Секвестр не трогает ~24 трлн (оборона, соцвыплаты, пенсии), 10% от оставшихся 20 трлн - это 2 трлн, не спасает.
• Вклады населения нельзя изъять в бюджет: это пассивы банков, изъятие обрушит их капитал - «несуществующий источник».
• На бегство вкладчиков ЦБ неофициально отвечает: дадим банкам ликвидность, люди заберут, подержат под подушкой и вернут.
• Реальный риск не заморозка, а вывоз денег за границу - но у обычных людей нет счетов даже в Казахстане, везти некуда.
• 60% людей имеют вклады, заморозить их - это само по себе политический кризис.
• Валютные замещающие облигации дают ~7% в валюте против 13% по депозиту, но индексируются при падении рубля - хеджирующий инструмент.
• Недвижимость в России это «вечная ценность» с рентным доходом, растёт как инфляционный фактор.
• Золото недоходно, много держать нельзя - только ставка на рост цены унции от мировой нестабильности.
• Девелоперы не признают снижение цен, а дают скрытые скидки на переговорах; доля рассрочки падает, потому что она не сработала.
• Крупный застройщик сбросил регионы по демпингу и сосредоточился на Москве, где спрос идёт от приезжих, а не от местных.
• Рынок акций полностью геополитизирован, живёт заявлениями, оторван от фундаментала компаний.
• Налог на сверхприбыль банков бессмыслен: Сбер и так платит 50% прибыли государству дивидендами.

Инсайты

• Отказ называть ситуацию кризисом это не оптимизм, а точный диагноз: инструменты есть, их держат в кобуре по политической воле.
• Когда политика имеет примат над экономикой, экономика перестаёт быть предсказуемой системой и превращается в переменную чужих решений.
• Резерв это отложенная инфляция: потратить накопленное без стерилизации значит перенести удар на будущее, что и произошло.
• Инфляционный рост доходов бюджета обманчив - он подталкивает к расходам, которые нечем крыть, когда инфляцию начинают душить ставкой.
• Дорогие деньги плюс повышенные налоги при падающем спросе - гарантированный тормоз для любой экономики, не только российской.
• Теневая безработица это рациональный ответ рынка труда на дефицит кадров: держать невыгодных людей дешевле, чем потом их искать.
• Спиралевидная рецессия самоусиливается через ожидания: люди режут спрос не от текущей бедности, а от страха будущей.
• Монополизм проявляется там, где цена не падает вопреки факторам, которые обязаны её снижать - это диагностический признак, а не случайность.
• Курс валюты управляем ровно настолько, насколько государство готово стерилизовать экспортный поток; отказался от правила - отдал курс рынку.
• Протекционизм гарантирует внутреннее производство ценой роста цен: без конкурентного давления производитель всегда поднимает цену.
• Заморозка вкладов невозможна не по морали, а по бухгалтерии и политике: источник фиктивен, а цена - массовый политический кризис.
• Инфляция это скрытый налог, альтернативный явному спаду: государство выбирает не между болью и её отсутствием, а между двумя способами её распределить.
• В геополитизированном рынке акций фундаментал компании перестаёт быть сигналом - ты покупаешь волатильность политики, а не бизнес.
• Экономический спад переносим долго и незаметно, поэтому давление на экономику не создаёт естественного предела для политики - предел приходится ставить осознанно.

Фреймворки

Два выхода из замкнутого круга (крайности):

1. Стабилизация - реально сократить расходы (не секвестр на 10%), пройти через неизбежный спад оборонки и доходов, ЦБ снижает ставку до 8-10%, гражданский сектор раскручивается, появляется шанс на рост.
2. «Ни рыба ни мясо» - расходы 48-50 трлн, ставку не снижают (держат ~14%), деньги дорогие, но инфляция сохраняется, частично финансирует бюджет и съедает реальные доходы через инфляционный налог, зато без эффекта домино.

Портфель по Вьюгину (ориентировочно): ~40% депозиты (13%, почти безрисковые, риск только на банк), ~20% валютные облигации (хедж от падения рубля), остальное - рублёвые инструменты долгосрочной ценности плюс «вечные ценности» (недвижимость с рентой, немного золота).

Механизм повышенной ставки: инвестиции дороги → их прекращают → падает спрос → бьёт по рынку труда → текущая деятельность дорога, спрос ограничен → сокращают производство → лишние люди → по идее увольнения (которых пока не видно).

Цитаты

«Визгу больше, чем шерсти» - 0:12

«Это просто другая жизнь, но она вполне выносима» - 0:25

«Я бы это кризисом не назвал, а назвал бы таким плохо управляемой ситуации» - 0:06

«Ставка, это такая горькая пилюля, которую приходится глотать» - 4:18

«Это как бы вот мы теперь расхлебываем то, что было сделано в политике экономической» - 7:42

«Они действительно попали в идеальный шторм» - 9:05

«Мы как бы спустились наполовину и стоим и ждём, как нырять до конца» - 15:31

«И вот этот vicious circle, этот вот нехороший цикл, он приводит к серьезным кризисам» - 20:26

«Любые политические решения имеют экономическую цену» - 24:13

«А платят её граждане» - 24:24

«Платят граждане, значит, если они согласны, они её платят. Вот как бы и всё» - 24:30

«Это надо иметь счета... Куда они деньги понесут? Никуда не переведут» - 52:15

«Чуда не бывает» - 42:07

«Рынок акций у нас абсолютно геополитизирован» - 57:53

«70 это хороший уровень. Могло быть и хуже, могло быть и 65» - 37:25

«Придётся заняться экономикой. Или коротко» - 24:04

«Две мощные силы развиваются. А где мы?» - 1:10:19

«Если на этот вопрос не отвечать, то, к сожалению, мы будем терять свои позиции в мире» - 1:10:41

Факты

• Прогноз экономического роста понижен с 1,3% до 0,4% - сама цифра, по Вьюгину, это способ не писать «минус».
• Из ФНБ на структурный манёвр израсходовано порядка 70 млрд долларов.
• У Газпрома взяли 1 трлн рублей спецдивиденда при бюджете по доходам менее 30 трлн на тот момент.
• Экспортная выручка от нефти в 2022-м была около 300 млрд долларов (по памяти спикера).
• Бюджетные расходы по плану: 42 трлн, затем 44,1 трлн на 2025-2026 - почти заморозка; дефицит должен был быть 3,8% вместо 10%.
• Ставка для малых предприятий - 30% с лишним.
• Инвестиционный спрос упал на 2,5% в прошлом году, в этом снова уходит в минус.
• Лучший прогноз роста импорта на текущий год - всего 1%.
• Нефтегазовые доходы бюджета упали примерно на 20% год к году (по памяти спикера).
• Минфин покупает валюту на 110 млрд рублей в месяц без эффекта на рынок.
• Секвестр не касается ~24 трлн расходов (оборона, соцвыплаты, пенсии); остаётся ~20 трлн, 10% от которых это 2 трлн.
• Замещающие валютные облигации - доходность ~7% в валюте против ~13% по депозиту.
• Порог отсечения по бюджетному правилу - 59 долларов за баррель; в 2000-е было 35, потом 42.
• Около 60% людей имеют вклады (по оценке спикера).
• Сбербанк платит государству 50% прибыли дивидендами; основная прибыль сектора - Сбер, ВТБ и пара-тройка частных банков.
• ВВП Украины за годы СВО упал на 20% - приводится как пример переносимости спада.
• Возможное реальное падение цен на недвижимость - процентов 20, уже видно по отдельным сделкам (оценка, точной статистики нет).
• Прогноз курса: умеренное ослабление рубля к ~80 за доллар во втором полугодии; некоторые аналитики допускают и 65.

Источники

• Олег Вьюгин - гость, экономист (в прошлом первый зампред ЦБ, глава ФСФР).
• Заботкин - зампред Центрального банка, публично отметил, что предприятия не увольняют людей.
• Великая депрессия в США - пример спиралевидной рецессии, усугублённой ужесточением политики ЦБ.
• Кризис 2008 года - пример смены подхода монетарных властей на смягчение.
• Компании и институты: Газпром, Роснефть, Лукойл, Сбербанк, ВТБ, ФНБ, Минфин, ЦБ, Минпромторг.

Итог

Это не кризис, а сознательно недоуправляемая экономика, где рычаги лежат нетронутыми по политической воле, а счёт за это тихо, через инфляцию и падение доходов, оплачивают граждане - и главный вопрос не «сколько ещё выдержим», а ответит ли элита, где вообще место России рядом с технологическим Китаем и Западом.